i Арт-группа "Квадрат"
Отчет с концерта  Bang on a Can All-Stars

Отчет с концерта Bang on a Can All-Stars

Апрель 7, 2012 

В качестве отчета статья Татьяны Юриной «Bang on a Can: мы боремся с формальными понятиями в музыке» для Parere.ru от 4 апреля 2012 г.

Big, Beautiful, Dark and Scary («Большое, красивое, темное и страшное») – так называется диск американских авангардистов Bang on a Can, который был представлен на недавнем воронежском концерте. Ничего «темного и страшного» в их музыке нет – но ее создатели чувством юмора не обделены, равно как и желанием убирать шаблоны, замещая «свято место» новой (Большой и Прекрасной) музыкой.

Четверть века назад трое молодых композиторов, студентов Йельского университета,  создали группу, придумав ей весьма эпатажное по тем временам название  Bang on a Can,  что  переводится как «стук по консервной банке». Однако ничего «жестяного» и гранжевого в их музыке и близко не было. Bang on a Can -  академисты и великие экспериментаторы одновременно. 25 лет  они  занимаются поиском и созданием музыки, которая существует вне  стилей, шаблонов и  границ, но имеет явное родство с академической – или становится таковой в аранжировках  Bang on a Can. Музыки, которая слишком смела для классической сцены, но слишком сложна для клубов. Музыки, которая, как ребенок, рождается из вдохновения и большой любви к искусству в дружной и семейственной атмосфере группы. Четверть века для них пишут лучшие композиторы современности. И удивительное дело – сделав ставку на музыку откровенно некоммерческую, шестерка американцев не только сумела найти своих слушателей, но и максимально расширить эту аудиторию, став одним из лидеров современной экспериментальной сцены. Теперь эта аудитория включила несколько российских городов –  Bang on a Can побывали в четырех, неизменно получая овации и прекрасные отзывы.

Шестерка американцев сумела совершить  натуральный разрыв шаблонов, если таковые имелись у  довольно искушенной публики, рискнувшей пойти на концерт  «лидеров американского авангарда», как гласила афиша. Можно еще долго говорить о том,  как изыскано и прекрасно-ловко в их творчестве смыкаются, переплетаются стили, жанры и направления, но факт налицо – то, что делает  Bang on a Can  самоценно и прекрасно безотносительно определений.

Сюиты  американского композитора Конлона Нанкорроу не были созданы для живого исполнения – они были написаны для механического пианино. Но, как сказали музыканты, «мы захотели попробовать…»  И пред наружным ухом и внутренним взором слушателей развернулась энергичная  картина в стиле академически-авангардного буги.  Сочинение американского композитора Джулии Вульф (одной из основательниц группы) Believing сами музыканты назвали наиболее характерным для Bang on a Can – это пьеса  динамична  как динамит с прекрасно нервной виолончелью на первом плане.  Эван Зипорин – один из старожилов группы и кларнетист – предложил сочинение, написанное несколько лет назад для балийского  театра теней – пьесу   загадочную  и экзотичную как восточная бабочка. Дон Бирон – один из лучших композиторов Америки, активно экспериментирующий с расширением пространства звука, создал для них дивно яркую, минималистичную по форме и эклектичную по настроению пьесу Show him some lub. Под занавес  полагался главный сюрприз – американцы преподнесли слушателям  вдохновенную  балладу композитора Тёрстена Мура, создателя Sonic Youth.Перед концертом музыканты Bang on a Can охотно ответили на наши вопросы.
Вы все занимаетесь также и преподаванием. Чему важно научить молодого музыканта, кроме владения инструментом?

Марк Стюарт (гитарист): Детям важно прививать те традиции, которые появились задолго до нас. И одновременно – поощрять их заниматься той музыкой, которая нравится им самим. Не задавливать их правилами и рамками, чтобы они воспринимали мир легко и свободно. Когда приходится обучать взрослых людей, то в первую очередь приходится преодолевать тот вред, который был нанесен в детстве, когда человека обучали неукоснительному соблюдений правил и жанровых стандартов.

Кенни Савелсон (директор коллектива): В музыкально магазине ноты строго разделены по жанрам и находятся на разных полках: здесь -  рок, здесь – классика, а здесь – джаз. То же самое происходит и во время учебы.  Когда нас учили музыке, то  объясняли: надо делать так и никак иначе. Мы выросли со всем этим – а  теперь пытаемся бороться с формальными понятиями. Мы пытаемся соединить все, что знаем и любим, и создавать  музыку, которая отражает разные стили – и которая нравится нам в первую очередь. Когда мы образовались 25 лет назад, именно это и стало нашим кредо. Мы представляли музыку самых разных композиторов, если находили в их сочинениях новизну.

Эван Зипорин (композитор и кларнетист): Использование эклектичной палитры весьма характерно для американской музыки. Это  объясняется тем фактом, что Америка представляет собой сплав разных народов и культур. Кроме того, огромное количество музыкантов просто не вписываются в нечто шаблонное и усредненное. И на переплетении, стыке этих разных традиций и рождается нечто новое. Условно говоря, когда слушаешь Стравинского, то иначе понимаешь Бетховена.  Изучая музыку Майлса Дэвиса, по-другому воспринимаешь Стравинского. Когда сталкиваешься с африканской музыкой, то и Майлс Дэвис представляется иначе. И когда создаешь собственную музыку, то пытаешься  всю эту палитру  преобразить так,  что она становится чем-то новым и уникальным.

У вас удивительно слаженный ансамбль. Как вы этого достигаете?

Эван Зипорин: Мы получаем удовольствие от взаимодействия.  Наша музыка достаточно сложна. Она требует большой концентрации и доверия к тем, кто рядом с тобой на сцене. Мы очень уважаем и испытываем гордость друг за друга. И это такое чувство совместного праздника. Это кайф – но это очень  серьезный кайф!

Каким образом вы, сделав ставку на некоммерческую музыку, сумели создать огромную аудиторию?

Эван Зипорин: Первые годы это было нелегко. Но с самого первого момента существования нам было важно не только взаимодействие музыканта с композитором, но и с аудиторией. Были времена, когда мы обращались к публике: «Уважаемые зрители, нам нужно собрать деньги на создание новой оркестровки и оплату композиторского труда. Помогите нам – и через три месяца мы представим вам новую  программу». И деньги собирались.  Это маленький пример того, как можно изменить взаимоотношения с публикой и кто, собственно, создает музыку.  Однако сейчас все изменилось. Мы год за годом воспитывали свою публику, которой  интересно именно наше творчество и именно такая неординарная музыка. И эта аудитория медленно, но верно растет.


Фотографии Дины Бариновой


Комментарии

Комментирование запрещено.